ОСА - ПРИЮТ ДЛЯ БЕЖЕНЦЕВ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Войны XX века, в отличие от предыдущих, загубили много гражданского населения. Они приводили в движение миллионы людей, которые уходили подальше от театра военных действий, порождая тем самым проблемы беженцев, которых необходимо было где-то размещать, трудоустраивать, а после войны реэвакуировать. За годы Первой мировой войны в России оказалось 2,8 млн. беженцев.1 В глубь России шли поляки, белорусы, русские, украинцы, литовцы, латыши, эстонцы, евреи, сербы, позже румыны. После захвата в 1918 году Румынией Бессарабии оттуда в Прикамье прибыли от гонений евреи. Уходили на восток от своих соплеменников-завоевателей немцы, жившие с давних времён в Волынской губернии, как Найман Густав с женой Марией и дочерью Бертой.2 Из западных губерний сюда прибывали крестьянские семьи. Так, из деревни Великое село Волковысского уезда Гродненской губернии прибыли в Осинский уезд крестьянские семьи Короля Александра, Блажевича Иосифа, Ранкевича и других, всего двадцать человек.3 Из Варшавы в Осе жил Томашевич Юзеф, из Варшавской губернии - Верняк Людмила жила в деревне Зверевой Рябковской волости.4 В Осе нашли приют украинцы Калитка А. С., Химчук И. Н., Дацик Л. Латыши Гутланд Карл Карлович, Саулит А. П., литовец Шенин В. Э., еврей Вяло Янкель с семьями и многие другие. В 1920 году в Пермской губернии после отъезда части беженцев оставалось 1307 человек,5 в Осе — 341.6 Из Латвии и Литвы в Осе проживало 63 беженца, еще 28 - в уезде. Все беженцы имели кров и пищу. В документах нет даже намёка на какие-либо межнациональные трения, конфликты. Правомерно ли после этого тогдашнюю Россию называть «тюрьмой народов», если люди различных национальностей находили в ней спасение? Местные жители великодушно принимали всех, попавших в беду, как могли, помогали, в том числе трудоустраивали. Беженцы, имеющие специальность, работали по своей специальности. Среди них были специалисты сельского хозяйства, музыканты, учителя и ремесленники (сапожники, столяры, кузнецы, портные, мастера по выделке кож). Многие трудились чернорабочими», сиделками в больнице, дворниками, сторожами, рассыльными и т. д. Кремер Израиль Мовшевич изготовлял дамские шляпы, эстонец А. Траутман работал кожевенным мастером и содержал большую семью: жену Леонтину, сыновей Роберта, Фёдора, Павла, Лёву и дочерей Ирину и Мету.8

В 1918 году беженцам объявили, что с образованием новых государств на бывшей территории России желающие могут подавать прошения уполномоченному пленбежа о переходе в подданство своего национального государства. Все беженцы, проживавшие в Осинском уезде, подали такие прошения и уплатили по 40 рублей за публикацию. Зимой 1918 года многие выехать не смогли из-за отсутствия тёплой одежды и обуви и просили их вывезти в марте-апреле 1919 года.9 Как известно, потом фронт пришёл с востока. В ходе гражданской войны погибли и некоторые беженцы. Белые обвиняли в этом красных, красные - белых.10 С восстановлением советской власти реэвакуация беженцев возобновилась, но с началом советско-польской войны снова была приостановлена. На местах получили телеграмму такого содержания: «...не подлежат отправке бывшие вражеские и гражданские лица - поляки, австрийцы, немцы, украинцы, за исключением явных инвалидов».11

13 июля 1920 года было дано разрешение на отправку из Осы беженцев и пленных на ближайшие железнодорожные станции, где формировались эшелоны по 40 вагонов. Не разрешалось вывозить живой скот, пианино, рояли и органы; в неразобранном виде - мебель, кареты, телеги. Разрешалось вывозить, кроме ручной клади, по 10 пудов багажа на каждого члена семьи, не более 25 золотников золота тоже на каждого члена семьи, а серебра - по 5 фунтов.

Бывшие российские подданные возвращались на родину иностранцами. Так начинался распад великой державы.

Беженцы познали здесь продотряды и комбеды, продразвёрстку и национализацию, красный и белый террор. На родину они уносили правду о советской власти. Вероятно, это потом явилось причиной яростного сопротивления поляков и прибалтов утверждению у них советов.

Беженцы-евреи концентрировались главным образом в Перми. По сравнению с беженцами других национальностей, они были более организованными, имели свой Совет, свою социал-демократическую партию (Поалей-Цион). Пермская еврейская община получала помощь от Петроградского еврейского комитета помощи жертвам войны и распределяла ее среди остронуждающихся.12 Большинство беженцев- евреев не возвратилось на прежние места проживания, осело в Прикамье. В 1930 году в Перми проживало 2700 «трудящихся евреев»,13 в основном бывших беженцев из Галиции, Бессарабии, Польши.

Войны не только загубили миллионы людей, они поломали судьбы оставшихся в живых. Интересно было бы знать, как жили бывшие беженцы после реэвакуации из Прикамья, живут же где-то их потомки.

Использованные источники:

1. Наш современник, 1990, № 11, с. 130.

2. ГАПО, ф р-741, оп. 1, д. 1, л. 10.

3. Там же д. 2, л. 10.

4. ГАПО, ф. р-741, oп. 1, д. 1, л. 99.

5. ГАПО, ф. р-741, оп 1, д. 2, л. 10.

6. ГАПО, ф. р-741, oп, 1, д. 1, 27.

7. Там же л. 174.

8. ГАПО, ф. р-741, оп. 1, д. 1, лл. 27-28.

9. ГАПО, ф. р-741, оп. 1, д. 1, л. 27.

10. ГАПО, ф. р-741, оп. 1, д. 1, л. 27, 99.

11. ГАПО, ф. р-741, оп. 1, д. 1, л. 116.

12. ГАПО, ф. р-741, oп. 1, д. 1, л. 161.

13. ГАПО, ф. р-945, оп. 1, д. 12, л. 7.

14. ГАНИОПДПО, ф. 2, оп. 7, д. 112, л. 58.