ПРОЛЕТАРКА (Солдатская слободка)

Такое символическое название в народе приобрела территория под Домом культуры за рекой Осинкой в сторону Камы. Историческое название - солдатская слобода. Старожил этого места Л. Ф. Ермакова рассказывает, что слободу строили солдаты, служба которых при царе длилась 25 лет. Вдоль р. Осинки тянулись избушки маленькие, приземистые, позднее стали строить добротные дома.

«Крайнюю избу к городу Осе строил мой прадед, - вспоминает Лидия Федоровна, - солдат Пустохин, родом из Норильска. Отслужив 25 лет, остался жить в слободе, женившись на осинской красавице Наталье.

С годами дом обветшал, семья сменила место жительства, а на месте проживания моих предков построила дом семья Анфиногеновых».

Солдатская слобода - Пролетарка - «Куба» - таковы названия земли, имеющей богатое историческое прошлое. «Самая большая улица Пролетарская, - продолжает Лидия Федоровна, - шла вдоль дамбы, дороги-труженицы, длиною в несколько километров. К ней, берущей начало в д. Устинове сходились дороги из других близлежащих районов: Куеды, Барды, Елова».

Дорога, сделав изгиб прямо от медведевского магазина и оставив в стороне сад и пруд, мельницу, шла на пристань, к Каме.

Какие только обозы мимо не проходили: с хлебом, лесом, шкурами, пенькой, кирпичом, а в годы войны по этой дороге прогоняли табуны породистых лошадей, говорили, на фронт для русской кавалерии, стада крупного рогатого скота - на пропитание солдатам. Живность грузили на баржи и отправляли по назначению.

Обратно с пристани шли обозы под красным крестом - везли в осинский госпиталь раненых солдат, а после войны - астраханские арбузы, яблоки, аромат которых распространялся по всей округе.

Жизнь в слободе текла размеренно. Женщины с детьми в основном занимались личным хозяйством, а мужики работали на кожевенном или льняном заводах, другие, имея личных лошадей в хозяйстве, занимались извозом. Уезжали в большие города и оказывали услуги городским жителям: лудили, паяли, стеклили, чистили печные трубы, клали печи. На перепутье дорог была своя кузница - ковали лошадей. Все могла делать русская семья.

И отдыхать умели. Собирались на праздники борозды, Святой Троицы. А гармонь Ожгибесова Санчика созывала на вечерние посиделки.

- Наши несчастья начались с раскулачивания, - продолжает Лидия Федоровна, - у нас забрали лошадь-кормилицу. Отец, он родом из д. Пермяково, занимался убоем скота, выезжал на лошади по заказам. Жили безбедно. Нашу семью: четверых детей, отца, мать, бабушку, - выселили из собственного дома, отобрали всё. Долгие годы скитались по квартирам.

А тут война, отец и старший брат ушли на фронт. Вскоре на отца пришла похоронка. В 43-м ушел на фронт мстить за отца брат Николай, в 20-летнем возрасте он погиб под Бухенвальдом.

Такую участь разделили многие семьи. Почти ежедневно приносили похоронки в дома, и Пролетарка оплакивала своих родных, близких, соседей. Горе было общим.

После войны трудно вставали на ноги, дети фронтовиков взрослели, создавали свои семьи, военные раны стали затягиваться. Казалось, жить да жить, да добра наживать. Но... в жизнь слободки вмешалась «цивилизация».

Начали готовиться к приходу большой воды. Людей не спрашивали, их ставили в известность, давали небольшие ссуды, определяли места для переселения - так в Осе возник микрорайон переселенцев - осинский «Шанхай»: земли давали по шесть соток, дома ставили часто, как в китайском городе Шанхае (русский народ остер на язык).

А на месте Пролетарки остались руины, будто война прошла, благо их вода потом затопила. От Пролетарки остался малый клочок земли, под метким названием «Куба», ставший для осинцев дачным уголком.

Мы сидели с Лидией Федоровной за чашкой чая и вспоминали:

- Сколько всего ушло под воду!!! Кожевенный и льняной заводы. А ведь заводская территория тянулась на несколько километров вдоль Камы.

Я вспоминаю эпизод из книги Ф. Решетникова «Подлиповцы», где герои произведения Пила и Сысойко артельно тянули баржу с верховьев Камы с сырьем для Осинского кожзавода.

Изображенные в эпизоде события 200-летней давности. А сегодня, уверена, в семейных альбомах осинцев хранятся документы, и фотографии, а в сердцах - память о родственниках, работавших на осинских заводах. Хотелось бы побольше узнать из истории Пролетарки (слободки), ушедшей под воду, но живущей в памяти людской.

Вспоминаю рассказы старожилов Анны Николаевны Ушахиной и Людмилы Николаевны Саламатовой о первых пионерских отрядах, созданных на этом заводе.

В зоне затопления остался небольшой двухэтажный дом из красного кирпича. Я помню этот дом. Позднее я узнала, что здесь до войны жила семья моего свёкра Ивана Степановича Садилова, осинского нотариуса, политрука Финской и Великой Отечественной войн, погибшего в 42-м под Ржевом. Семья после получения похоронки переехала обратно на родину, в с. Горы.

А также помню: ушли под воду и беговые дорожки, на которых до прихода воды учащиеся педучилища и сельхозтехникума часто встречались. Беговая дорожка была обрамлена стройными высоченными тополями. Любимым видом спорта была легкая атлетика. И на беговых дорожках весной и осенью ставились спортивные рекорды на малых дистанциях. Соперничество было острое, но помню, жили два учебных заведения дружно. Примером для нас, молодых, была деловая дружба двух фронтовиков, преподавателей физкультуры ОПУ и ЗВТ Жуланова Аркадия Васильевича и Лошкарева Дмитрия Ивановича.

Лето было самой прекрасной порой для осинских ребятишек. С веселым визгом и громким криком ныряли они со свисающих над рекой Осинкой корявых ив.

Раздолье было ягодникам и рыбакам. Многочисленные малые озера, полные карасей, заросли ежевики и черемухи в Осинской пойме. Вообще Осинская пойма считалась самым богатым природным уголком: покосные угодья славились разнотравьем, на пастбищах с сочной травой с трех сторон (со стороны Устиново, Симаково, Козлово) паслись большие стада крупного рогатого скота.

Рынок, расположенный около «дежурки», был наполнен дешевыми сельхозпродуктами. Хозяйки помнят, что всегда можно было купить по низким ценам муку, зерно, свежую сметану, мягкий творожок, топленое в русской печи молоко с аппетитной пеночкой (а зимой предлагали молоко, замороженное кругами), а также мясные продукты, яйца.

Всё это было. Осинская пойма - кормилица была объявлена зоной затопления: всё ушло под воду. Ушли под воду Пролетарка и другие населенные пункты округи.

Недолго стояли под Домом культуры безжизненные тополя, (изображенные в свое время местным художником Ю. Ф. Бочкаревым), как печальное мгновение, выхваченное из деяний жестокой цивилизации.

Прощаясь с Лидией Федоровной, спрашиваю: «Почему Пролетарка?»

- Наверное, - отвечает она, - потому, что рабочие-пролетарии были основными жителями поселка или по улице Пролетарской.

О. П. Садилова г. Оса