О КУПЕЧЕСКОМ СЕМЕЙСТВЕ ОСИПОВЫХ
По данным «Энциклопедического словаря» (1897 г.) в г. Осе почетных граждан и купцов насчитывалось 242. Одним из самых влиятельных в городе и уезде было семейство купцов Осиповых. Но давайте зададим себе вопрос: «Что мы знаем об этой семье?» Оказывается, предки рода Осиповых являются выходцами из Сарапульского края. Известно, что в XVIII веке в г. Сарапуле жила семья Василия Осипова. Одним из продолжателей рода был Иван Васильевич Осипов, который прожил долгую и интересную жизнь (1782 - 18.05.1870). В его семье, в браке с Устиньей Ивановной, родилось шестеро детей:
1. Василий Иванович Осипов (1828 - ?), жена Александра Семеновна Осипова.
2. Иван Иванович Осипов (1833 - ?), жена Александра Ивановна Осипова.
3. Алексей Иванович Осипов (1836 - ?), жена Анна Павловна Осипова:
4. Николай Иванович Осипов (1837 - 23.10.1910), 1-я жена Евдокия Тимофеевна (ум. в 1880 г.), 2-я жена Анна Михайловна (1867 - ?).
5. Мария Ивановна Осипова.
6. Анна Ивановна Осипова, в замужестве Сорокина (21.07.1851 - 1930), муж Александр Михайлович Сорокин (1845 - 1931).
Историей прикамского рода Осиповых занимается правнук Анны Ивановны Осиповой Сергей Иванович Рязанцев (г. Ижевск). Он изучил множество документов, в 1994 г. побывал в Осе, посетил места своих предков. В «Некоторых заметках по истории прикамского рода Осиповых» (рукопись) говорится: «Муж моей прабабки Анны - Александр Михайлович Сорокин (1845 - 1931) - происходил из мастеровых Камбарского горного (железоковательного) завода, принадлежавшего представителям известной династии уральских промышленников Демидовых.
Через некоторое время после женитьбы (18.07.1871) А. М. Сорокин со своей молодой женой перебирается в с. Бикбарда Осинского уезда Пермской губернии в именье Павла Дмитриевича Дягилева (1872 - 1929). Здесь он становится Осинским 2-й гильдии купцом1, управляющим Бикбардинским винокуренным заводом и винным складом Дягилевых в Осе.
1 Распределение купцов по гильдиям происходило по сумме объявленного ими капитала. К первой гильдии причислялись те, которые объявляли капитал более, чем в 10000 р., ко второй - объявлявшие от 1000 до 10000 р., к третьей - от 500 до 1000 р.; имевшие менее 500 р. причислялись к мещанам. ...установлен особый гильдийский сбор в размере 1% с объявленного капитала. Объявление капитала предоставлялось на совесть каждого, и никакие доносы на утайку имущества не принимались... В 1807 году размеры объявляемых капиталов установлены для первой гильдии в 50000 р., для второй 20000 р., для третьей 8000 р. ...С 1863 г. гильдий осталось две. Плата за свидетельство первой гильдии, к которой, по предположению закона, принадлежит оптовая торговля, однородная 565 р., для всех местностей России, плата же за свидетельство второй гильдии, которое обязаны брать торговцы в розницу и владельцы фабрик и заводов с числом рабочих более 16 чел., составляет по 5 классам местностей, от 40 до 120 р. (Энц. словарь. Т. VIIIА. СПб., 1893. С. 679 - 680).
От брака А. М. и А. И. Сорокиных выросло десять детей и среди них моя бабушка Гали Александровна Сорокина (по мужу Рязанцева), которой я обязан своим воспитанием».
Младший из сыновей Ивана Васильевича Осипова - Николай Иванович. Он был Сарапульским купцом 2-й гильдии, гласным 1-го разряда Городской Думы1. Н. И. Осипов был дважды женат и от обоих браков имел 14 детей (от первого - 5 и от второго - 9). 7 января 1866 г. в его семье родился первый сын Григории, жизнь которого впоследствии была связана с Осой.
Григорий Николаевич Осипов состоял в Осинском купечестве. С И. Рязанцев, путешествуя по Прикамью осенью 1994 г. обнаружил запись в метрической книге Градо-Осинского Успенского Собора, что города Осы купец Григорий Николаевич Осипов скоропостижно скончался 16.07.1912 г. в возрасте 46 лет.
Гласный - так называются с 1785 г. члены городских дум, а со времени введения в действие земских учреждений - и члены земских собраний уездных и губернских. (Там же С. 825).
Невольно возникает вопрос: «Что же привело Г. Н. Осипова в наш город Осу?» И один из ответов лежит на поверхности. В Осе обосновался и жил его дядя Алексей Иванович Осипов. В народной памяти он знаменит тем, что на его средства в 1882 г. была построена Градо-Осинская Богородице-Казанская кладбищенская церковь.
А. И. Осипов был похоронен рядом с церковью. Старое надгробие не сохранилось. В 30-е годы XX столетия многие надгробные плиты были вывезены под фундамент новостроек. В настоящее время надпись на кресте гласит:
«Здесь покоится тело раба Божия создателя храма Алексея Осипова.
Вечная память!»
Сын А. И. Осипова - Иван Алексеевич Осипов - был одним из самых состоятельных людей Осинского уезда. Его особняк расположен по ул. К. Маркса, 11 (быв. Оханской). В нем и жила семья Осиповых. Жена Ивана Алексеевича - Татьяна Михайловна Осипова. Они вступили в брак 12.02.1888 года, через 25 лет праздновали в Осе «серебряную свадьбу», о чем свидетельствует сохранившийся в музее города пригласительный билет с фотографией супругов. На обороте надпись с «золотым» отливом гласит: «Иван Алексеевич и Татьяна Михайловна Осиповы просят Вас пожаловать к себе сего 12-го февраля в 7 часов вечера на вечер по случаю 25-летия брачной жизни, г. Оса».
И. А. Осипов имел в собственности ряд магазинов. До Октябрьской революции в Перми на углу Покровской и Сибирской улиц (в настоящее время «Гастроном № 1) находился магазин торгового дома «И. Осипова и К"»- В Осе функционировал «Осинский городской общественный Осипова банк». В районе городского стадиона располагался Осиповский сад. Раньше в саду имелись бильярдные, украшала его большая резная веранда.
Глава семьи И. А. Осипов с 1914 года был гласным Городской Думы. Его жена Татьяна Михайловна была Почетной попечительницей1 женской гимназии и Попечительницей городской
1 Почетный попечитель - звание, в которое стали возводить со времени издания гимназического устава 1828 г. для содействия увеличению средств гимназий и благородных пансионов. Почетными попечителями избирались сначала из дворян, а затем из разных сословий на 3 года. Они были обязаны заботиться о материальном благосостоянии учебных заведений, следить за их хозяйственной частью, а также за ходом управления, могли присутствовать на педагогических советах. (Энц. словарь. Т. XXIVA. СПб., 1898. С. 545).
богадельни1. Казалось бы, полное благополучие в семье и обществе. На самом же деле это было не так. «Сын И. А. Осипова, - пишет С. И. Рязанцев, - был, что называется, любителем «красивой» (модной) жизни. Рядом с домом отца (по ул. Оханской) в бывших, видимо, складских помещениях после их перестройки он открыл кинотеатр «Ампир».
В книге А. В. Кобелева «От зари до зари» (Оса, 1993) есть глава «Осипов». Приведу лишь описание двух из множества похождений Осипова-младшего:
«Глава семьи... по натуре был человеком скупым, серьезным, бережливым. А его сын Гриша, получив наследство, словно о том только и думал, как бы размаркиданить накопленное отцом. Он вел разгульный образ жизни: много пил, гулял с женщинами, сорил деньгами направо и налево, любил показать себя, придумывал дурацкие шуточки, чтобы покуражиться над людьми, найти такое развлечение, чтобы потом говорили:
— Вчера Григорий Осипов опять отколол номер, вот живет в свое удовольствие, денег куры не клюют...
Приехал однажды Осипов на дачу в сосновый бор, что у деревни Кряж. Во время пьянки пришла ему охота потешиться над мужиком Яковом Афониным, по прозвищу Филька.
— Давай, острижем тебе половину бороды, я четверть водки ставлю.
— Стриги, только не обмани, - согласился похмельный Филька, большой любитель выпивки (он рассчитывал и дружков своих угостить).
Сказано - сделано. Остригли да еще лицо выкрасили дикочерными полосами и пошли в кабак.
Жена Фильки Матрена узнала про это, побежала следом за ними в кабак. Глянула на страшное лицо мужа - не узнала его, рассвирепела, бросилась с кулаками на купца (женщина была яркая, никого не боялась).
— В суд на тебя подам, охальник, бога побойся! - кричала ему Матрена, пытаясь ухватить купца за волосы.
— Стой, скаженная! Ты что, белены объелась? На, вот тебе на увечье мужа, - и Осипов сунул Матрене горсть серебряных рублей.
Гнев женщины быстро пропал, она и водочки отведала за компанию с гостем, и разговоры ласковые повела, стала, как кошечка, ластиться и мурлыкать:
1 Богадельня (от слов Бога дела, т. е. для Бога) - богоугодное заведение для поддержки лиц, по какой-либо причине не способных к труду: престарелых, немощных, увечных и выздоравливающих (но не временно больных и умопомешанных). (Там же. Т. IV. СПб., 1891. С. 141).
— Да я что, против ли. Если вам так хочется... Вон вы какой солидный и богатый, где моему лаптю до вас...
Посмотреть на Фильку сбежалась вся деревня, а купец уже скомандовал подать ведро водки, поили всех, кто желает, черпая ковшом из ведра».
«В зимнюю Никольскую Ярмарку увидел Яков своего жеребчика и пьяного купца Осипова, который проезжал по гончарным рядам базара. Тот ...решил выкинуть очередную шутку, да такую, что все пересказывали ее друг другу.
Он приказывает своему конюху запрячь рысака в роскошную кошеву, укрытую яркими коврами, а коня украсить дорогой сбруей. Садится, развалившись, позади кучера, тихо прокатится по улицам города, по ледяному панцирю Камы-матушки, а потом приказывают снова ехать в город - в центр. Разволнованного, буйно-дикого коня выправит на базарную площадь, где в субботу все заполнено до отказа.
— Гони по гончарному ряду, - рявкнул самодовольный Осипов не хуже таежного медведя. У самого глаза кровью налились, как у быка, в предчувствии острых событий.- Гони, я за все отвечу, у меня деньги есть!
Умельцы-ремесленники с раннего утра выставили корчаги, горшки, кринки, чашки, графины, соорудив из них красивые башни, пирамиды, и ждут покупателей.
Базар гудит, словно пчелиный улей. Все, как обычно, и вдруг... толпа качнулась, закричали, заойкали. Что случилось?
А это купчина Осипов гончаров давит. Полетели в сторону изделия мастеров-одиночек: осколки летят не хуже, чем от взрыва снарядов. Все смешалось в кучу, люди давят друг друга, визжат, матерятся. Страху-то сколько!
Осипов хохочет во все жеребячьи легкие, аж слезы выступили!
— Вот потешили, так потешили. Сыпанули-то как! Будто воробьи от кошки. Го-го-го! Гы-гы-гы! Ой, в животе больно, ой, умру от смеха! Ну, канальи! Дали мы им, Степка, долго помнить будут! Хорошо гнал, на, вот рупь на водку!
Хозяева глиняных товаров бегут вслед за ухарем-купцом по улице, до седьмого пота гонятся. А настигнут - кучер придержит коня, они шапки Долой и на колени падают. Нижайше просят:
— Батюшка-купец! Помилосердствуй, родимый, век будем бога молить, не оставь без копейки.
— Идите на базар обратно, я подъеду.
Вскоре и правда, приедет. Не вылезая из кошевки, расправит полы красивой шубы из шкуры какого-то заморского зверя, достанет огромный бумажник, вытащит деньги, рассчитается по добру за свой грех-удовольствие, не обращая внимания, врет ли мужик про свой пропавший товар или правду молвит, да еще в заключение сцены выбросит в снег 5 - 10 бутылок водки, крякнет, утрется платком величиной с пуховую шаль, погладит себя по пузу, с райской улыбкой скажет:
— Гуляйте, мужики, посмешили вы меня, ой, моченьки нет.
И уедет. Теперь уже не спеша, чин-чинарем, как настоящий солидный купец, а не соловей-разбойник. Вот подъезжает к парадному крыльцу своего дома-дворца. Велит выпрячь коня, а его персону внести в дом прямо в кошеве, по широкой и длинной лестнице наверх, в собственные покои.
Мужики стараются, аж пуп трещит, знают, что будет на водку. Все исполнено в точности, как требовал. Довольный, он подает старшему новенький пятирублевик.
— Гуляйте, веселитесь. Сколько ни пропьем, еще больше наживем. На то и Русь-матушка, чтоб широта была, есть где молодецкому плечу разгуляться, буйну силушку удоволить- потешить. Ха-ха-ха! Ох вы, кролики, овечки замухрышные. А, да ну вас (такое завернет, что уши вянут), пора обедать. К лешему вас всех, пшли вон!»
Но не в этом была трагедия, семьи Осиповых. Как говорят, «красиво жить не запретишь». Настоящая трагедия началась с приходом к власти большевиков. В Осе в то время было расстреляно более двух тысяч человек...
Осипова-младшего последний раз видели летним утром на окраине Осы, под горой. Он спал на бревнах перед окнами одного из домов. Ранним утром Осипов проснулся, встал и медленно пошел, растворяясь в тумане, на пристань. С тех пор его никто не видел.