Васенин Иван Ермолаевич

Арестован по политическим мотивам в 1937 г. во время службы в 27 сталинской дивизии на Дальнем Востоке.

Из воспоминаний: «Мне было 22 года. Служил в армии на Дальнем Востоке. 27 сталинская дивизия. Там постоянно шла слежка, доносы. И вот однажды у нас в столовой появилась листовка: «Товарищ, опомнись, Россия гибнет. Сталин истребляет народ». А в это время мой товарищ был дежурным по кухне. Он снял эту листовку, которую многие уже успели прочитать, и положил на подоконник. Кто-то донес на него, и моего товарища арестовали. И вместе с ним еще 8 человек. В том числе и меня. Было это в 37 году. Затем суд. Товарища, который был дежурным по кухне, расстреляли. А остальным: 3-м - по 8 лет и 4-м - по 5 лет. Мне присудили 5 лет. Полгода отсидел я в тюрьме. Затем пересылками, через Владивосток, на Магадан, на Колыму. Работал в Дальстрое. Людей с большими сроками там не было. В основном по 5 лет. Жили в бараках, которые мало чем отличались от тюремных комнат. Работали по бригадам. Если бригада выполняла работу на 100 процентов или больше, то кормили хорошо, давали дополнительный паек. А если бригада работала на 50-60 процентов, то 400-500 граммов хлеба в сутки. И люди голодали. Начинали ходить по помойкам. И отравляли свои желудки. Помещали их, еле живых, в отдельный барак, «смертный». Люди считали, сколько им осталось до смерти. Их считали уже мертвыми. Я попал в хорошую бригаду. Мы работали на все сто, а то и больше. Работал сначала в забое. Затем на экскаваторах и компрессорах. В сутки работали по 12 часов. Без выходных. Утром подъем. Выводят на работу под конвоем. Вечером приведут обратно под конвоем и проведут поименную проверку. Были и расстрелы. Расстреливали просто так, ни за что. Вечером расстреливают, а утром зачитывают список расстрелянных. Всячески запугивали, чтоб работали лучше. Всем этим заправлял Гаранин. Имени не помню. Выжил я в таком аду благодаря своему здоровью. Оно меня не подвело. В 42 году освободился. Но был закреплен за Дальстроем до конца войны. С Колымы вывезли только в 47 году. Выдали справку о реабилитации, справку об освобождении. Еще выдали шестимесячный паспорт. В нем указано: положение паспорта - 38. Это «волчий билет». То есть очень трудно, невозможно устроиться на работу, потому что все про тебя знали, откуда ты. Если бы я встал на учет, то мог бы отсидеть еще раз. В 59-м году - реабилитировали, судимость была снята. И только через 30 лет восстановили, как ветерана войны. Благодаря тому, что сохранил справку о том, что работал в Дальстрое, мне оплатили за работу на Колыме.»